Топ-100 Двухголовых телят я не видел – алматинец о работе на Чернобыльской АЭС
  • 23 июля, 19:51
  • Астана
  • Weather icon +18
  • 384,06
  • 429,19
  • 6,08

Двухголовых телят я не видел – алматинец о работе на Чернобыльской АЭС Эксклюзив

Фото: zruchno

Особенности «атомного» туризма и работы в Припяти.

26 апреля 1986 года ставший вскоре печально известным на весь мир четвертый энергоблок Чернобыльской атомной электростанции дважды взорвался. Первым взрывом радиоактивный пар и водород разрушили крышку реактора, окрасив ночное небо красным цветом. Второй взрыв был ядерным с выходом 0,3 килотонны. После него над реактором появился характерный «гриб». Корреспондент Total.kz пообщался с уроженцем Алматы, живущим сейчас на Украине и работающим на ЧАЭС.

Андрей Вишняков, руководитель конструкторско-технического подразделения Чернобыльской атомной электростанции, рассказал, как живет Зона отчуждения сегодня.

Программа консервации

ТОТАЛ: Сейчас радиация в зоне отчуждения существует?

ВИШНЯКОВ: Она никуда не делась. Период полураспада – 1000 лет. Поэтому там все точно так же, как и было. Конечно, мероприятия по локализации и дезактивации, по очищению от радиоактивных отходов проводят, но все это вялотекущий процесс.

ТОТАЛ: Бетонный саркофаг над реактором, который установили в 1986 году, эксплуатируется уже 33 года. А какой предусматривается срок эксплуатации подобных сооружений?

ВИШНЯКОВ: Срок эксплуатации таких саркофагов – 30 лет. В связи с этим построили второй саркофаг. Совсем недавно закончили это строительство, четвертый энергоблок теперь накрыт вторым контуром, вторым саркофагом.

ТОТАЛ: Чем занимаются люди на станции, для чего они там нужны? Станция до сих пор вырабатывает энергию или чтобы не взорвалось снова?

ВИШНЯКОВ: Нет, безусловно, нет. Энергии станция не дает, энергоблоки давно стоят, топливо вынули. Сейчас снимаем с эксплуатации.

ТОТАЛ: И сколько это займет лет?

ВИШНЯКОВ: Это длительный процесс. Весьма энергоемкий, трудоемкий, наукоемкий. Очень много задач. Электростанция, особенно ядерная – это же не просто повесил ключ и написал объявление. Реакторы – три энергоблока – находились в работе, то есть три реактора никуда же не делись. Топливо мы вынули, сейчас занимаемся изъятием технологических каналов и вспомогательных систем. Приводим станцию в более-менее, так сказать, стабильное состояние. Выполняем программу окончательного закрытия и консервации (ОЗиК).

ТОТАЛ: А радиация, которая в окружающей среде, как-нибудь проявляется? Растут ли у вас огромные грибы или, может, телята рождаются двухголовые?

ВИШНЯКОВ: (смеется) Я такого не видел. Это все фейки, не слушайте этот бред.

Туризм в зону отчуждения

С Чернобылем неразрывно связана и тема туризма, в том числе и нелегального, участники которого называют сами себя сталкерами. Первые туристы появились в Зоне отчуждения в середине 1990-х годов, когда посчитали, что уровень радиации серьезно упал. Все ценные вещи к тому времени были вывезены и проданы мародерами.

В 1995 году было создано агентство информации, международного сотрудничества и развития «Чернобыльинтеринформ» – государственное предприятие Министерства Украины по вопросам чрезвычайных ситуаций и по вопросам защиты населения от последствий Чернобыльской катастрофы. Одной из целей агентства была и организация поездок в Чернобыльскую зону отчуждения. Позже появились десятки фирм, которые организовывали экскурсии в Зону при сотрудничестве с «Чернобыльинтеринформ». В 2002-м вышел доклад ООН, согласно которому в большинстве мест зоны отчуждения отныне можно было находиться без особого вреда для организма. С тех пор число туристов, посетивших Чернобыль, ежегодно росло на 1-1,5 тысячи человек.

 

В 2007 году вышла компьютерная игра «S.T.A.L.K.E.R.», которая также способствовала увеличению количества туристов в Чернобыльскую зону. В 2009-м журнал Forbes назвал Чернобыльскую АЭС самым «экзотичным» местом для туризма на Земле.

В декабре 2010 года вышел приказ МЧС, который утвердил новые правила посещения Зоны гражданами Украины, иностранными делегациями и отдельными иностранцами, а также правила радиационной безопасности, которые следовало соблюдать при посещении Зоны. В феврале 2011-го правила были зарегистрированы Минюстом Украины и уже в марте вступили в силу. С этого момента открылся сезон туризма в Чернобыльской зоне по новой программе. Но в сентябре Чернобыльскую зону окончательно закрыли для туризма – причиной стало несогласие Генпрокуратуры Украины с МЧС, в итоге приказ был отменен. В Министерстве по ЧС спорить с Генпрокуратурой не стали и подготовили новый вариант приказа, в результате чего 2 декабря 2011 Зона отчуждения вновь стала доступной для посещения в ознакомительных целях. По новому приказу правила посещения Зоны вновь ужесточили.

 

В 2013 году было ликвидировано агентство «Чернобыльинтеринформ», его обязанности принял на себя Чернобыльский спецкомбинат.

Все эти политические войны, однако, не сказались на желании любителей экстремальных туров посетить Зону отчуждения.

Нас охраняют люди с оружием

ТОТАЛ: Как туризм сочетается с радиацией? Как туристы вообще туда попадают?

ВИШНЯКОВ: Дают заявку на экскурсию в Зону отчуждения.

ТОТАЛ: Это на уровне государства?

ВИШНЯКОВ: Нет. Есть частные компании, которые по договоренности с агентством Зоны отчуждения проводят туры. С сопровождением, безусловно.

ТОТАЛ: А как они добиваются этого сопровождения, если в принципе в Зону отчуждения попасть нельзя?

ВИШНЯКОВ: Врать не буду – не знаю.

ТОТАЛ: Ну хорошо. А сколько стоит попасть в Припять?

ВИШНЯКОВ: Разные цены и разные туры – часовые, дневные, трехсуточные и так далее. Участникам показывают различные места – город Припять, Зону отчуждения. Они заходят на саму станцию, могут посетить энергоблок, посмотреть, что это такое вообще.

ТОТАЛ: А когда они едут обратно, их проверяют? Вдруг попадется любитель сувениров…

ВИШНЯКОВ: Конечно. Дозиметрический контроль везде. Ничего с собой увозить из Зоны отчуждения нельзя. Но вот что меня поражает. Мы, персонал атомной станции, живем в городе Славутиче. Каждое утро мы садимся на электричку и едем на станцию 50 километров, кстати, частью по территории Беларуси. Приезжаем на станцию, где есть специальный санпропускник. В чистой зоне этого санпропускника мы раздеваемся, переходим в грязную зону и надеваем там рабочий комплект, в котором и перемещаемся по территории станции. Если же мы идем в зону строгого режима, то есть на энергоблок или в блок хранения отработанного ядерного топлива, то мы еще раз переодеваемся. Может, видели когда-нибудь, это белая одежда, респираторы и все остальное. Потому что там радиация везде.  

Есть места, где вообще находиться нельзя. Есть места, где можно находиться минуту. А есть места, так называемые обслуживаемые, где персонал может находиться практически постоянно. Территория разбита по зональности, и никто не полезет просто так в зону строгого режима.

ТОТАЛ: Насколько реально, что один из этих туристов может оказаться террористом?

ВИШНЯКОВ: Нереально. Начнем с того, что проходят не только радиационный контроль. Там мощная физическая защита объекта. То есть нас охраняют люди с оружием. И везде стоят металлодетекторы. Чтобы зайти даже в административно-бытовой корпус, надо пройти через металлодетектор, контроль людей с автоматами.

ЧАЭС уже умерла. Надо что-то сделать с трупом

ТОТАЛ: Во сколько обходится процесс закрытия ЧАЭС?

ВИШНЯКОВ: Это очень дорогой процесс. В этом и проблема.

ТОТАЛ: Украина сама финансово тянет?

ВИШНЯКОВ: Не только сама. Нам помогают зарубежные партнеры, очень хорошо помогают. Есть специальный чернобыльский фонд, в него вкладываются зарубежные банки. Это связано с тем, что идет строительство новых объектов. В частности, реализуется тяжелый проект строительства второго хранилища отработанного ядерного топлива – ХОЯТ-2. Топливо, которые мы вынули из реакторов, хранится в ХОЯТ-1. И вот уже практически готов к сдаче второй ХОЯТ. В нем будет применен сухой тип хранения. В первом ХОЯТе топливо лежит в бассейнах.

ТОТАЛ: Получается, ЧАЭС и дальше будет просто тихо умирать?

ВИШНЯКОВ: Она уже умерла. Теперь надо сделать что-то с трупом. Самое опасное место – это хранилище, в котором пять бассейнов заполнены под завязочку, почему и строится второе хранилище. Мы затарены топливом, и это проблема, но она решается.

ТОТАЛ: А сколько народу сейчас у вас работает?

ВИШНЯКОВ: 2800 человек. У нас различные технологические цеха.

ТОТАЛ: Но в самой Припяти никто не живет, вы все из Славутича?

ВИШНЯКОВ: Конечно. Не живут. Там очень грязно. И под Припятью тоже. Так называемые самоселы есть, но они живут в городе Чернобыле, в менее пострадавшем населенном пункте. Их немного, единицы, но они есть.  

Авария на Чернобыльской АЭС, расположенной близ города Припяти в Украинской ССР, произошла 26 апреля 1986 года. Взорвался четвертый энергоблок атомной электростанции, реактор был полностью разрушен, а в окружающую среду выброшено большое количество радиоактивных веществ. Авария расценивается как крупнейшая за всю историю атомной энергетики. 134 человека перенесли лучевую болезнь. 115 тысяч человек из 30-километровой зоны были эвакуированы. Более 600 тысяч человек участвовали в ликвидации последствий аварии. В течение первых трех месяцев после аварии погиб 31 человек, еще 19 смертей с 1987 по 2004 год, предположительно, можно отнести к ее прямым последствиям. Высокие дозы облучения людей, в основном из числа ликвидаторов, могли послужить причиной еще четырех тысяч смертей. Тем не менее эти цифры существенно меньше того количества жертв, которое приписывается чернобыльской катастрофе общественным мнением.

Предложить новость

Спасибо за предложенную новость!

Надеемся на дальнейшее сотрудничество.