Топ-100 Несколько слов о колонизации Казахстана
  • 20 апреля, 12:08
  • Астана
  • Weather icon -2
  • 430,69
  • 518,42
  • 5,66

Несколько слов о колонизации Казахстана

О совместном освоении казахских земель русскими переселенцами и жизни казахов Сибири при Советах

В начале XXI века участились попытки переосмысления истории народов. К примеру, в мае 2012 года по телеканалу «Россия 24» показали дискуссию известных российских учёных на тему «Была ли Россия империей?». Перед смотревшими этот сюжет бывшими гражданами СССР встал вопрос: была ли Россия колонизатором бывших советских республик? Конечно, могут быть различные мнения, пишет в своей статье опубликованной в газете «Мегаполис» культуролог, персональный пенсионер, заслуженный работник культуры РК Калиакпар Амержанов.

В газете «Дат» (Казахстан) № 18 от 25 апреля 2012 г. появилась статья «Нурсултан, ты меня знаешь давно…» профессора Беймбета Ирмуханова. Он пишет: «Дружба между казахским и русским народами – исторический факт. Русские в Казахстане не были колонизаторами, как англичане в Индии (не путать колонистов с колонизаторами), исключая, разумеется, царскую администрацию. Все сражались против царизма. Ссыльные помогли становлению казахского национального самосознания. И, конечно, только идиот может утверждать, что казахи при советской власти были в положении колониального народа». На эти его тезисы могут быть различные мнения. Я лично не вполне разделяю его концепцию. Но я хочу рассказать своими словами о том, что я сам видел (мне 86 лет) и слышал от старших, как происходило первое переселение российских крестьян в Западную Сибирь, т.е. в нынешнюю Омскую область. Судить читателю.

Как известно, в 1731 г. произошло присоединение казахов Младшего жуза. В начале XIX века в российское подданство постепенно вошёл Средний жуз. И, наконец, 1846 г. – приезд послов султанов и биев Старшего жуза в Омск с просьбой о принятии их в русское подданство. Россия без согласия султанов, биев родов и жузов не посягала на самостоятельность казахов. Это подтверждает вот такой факт. Из истории знаем, что ещё в 1826 г., когда с просьбой о принятии подданства России обратился султан Сюк, сын Аблай хана, из-за разногласия между султанами родов Старшего жуза санкт-петербургский двор отказал в его просьбе.

После завоевания земель хана Кучума Ермаком первым административным центром управления Сибирью стал небольшой городок Тобольск.

В связи с ослаблением Казахского ханства, особенно после смерти хана Среднего жуза Аблая (1781 год), началось постепенное освоение новых казахских земель. Этому способствовал переезд военно-гражданского управления из Тобольска в Омск, так как географическое расположение последнего на реке Иртыш полностью открывало путь на юг в казахские степи и далее в Среднюю Азию, где, по широко бытовавшим в то время представлениям, золото собирали голыми руками.

Причиной скорого продвижения России на восток мог быть целый комплекс проблем. Основными предпосылками захвата и постепенного заселения казахских земель, конечно, являлась экономическая целесообразность. К тому же в России была перенаселённость, было отменено крепостное право в 1861 г. Куда девать крестьян, получивших свободу? Размещать их на территории своего имения ни один помещик не согласится.

Умнейший премьер-министр России Петр  Столыпин решил провести земельную реформу, куда и входило освоение сибирских, в том числе казахских земель. В XIX веке Казахстан находился между двух огней: Россией и Китаем. Были серьёзные проблемы внутри казахских жузов. Кочевой образ жизни уже не отвечал социально-бытовым потребностям жителей, проблемами также были малонаселённость казахских земель, разбросанность кочевых племён. В тот период (XX век) у казахов не было закона о собственности земли. Были договорённости между племенами об общем направлении скотопрогонных полос – кочёвок, откочёвок и в каком направлении должен двигаться тот или иной род со своим скотом.

Многие современные историки в отношении освоения казахских земель спят и видят, как казахи бились саблями и копьями, падали люди с разбитыми головами. Ещё есть расхожая обывательская фраза: «На каждом квадратном метре казахской земли лежит голова казахского воина». Враньё! Нет никаких конкретных данных по этому поводу, кроме голодомора во время коллективизации в 30-х годах прошлого века, унёсшего жизни около 3-х миллионов человек.

При написании этого очерка я специально не пользовался письменными или другими источниками, которыми пользуются историки. Отвергать труд историков – кощунство. Тем не менее Виктор Гюго пишет: «Вплоть до наших дней история вела себя, как льстивый царедворец». Гюго считал, что достоверная история должна, «отбросив всякий вымысел, логично классифицировать все явления, разбираться в глубоких причинах, философски и научно изучать периодические кризисы человечества и меньше считаться с великими ударами саблей, чем с великими сдвигами в области идей» (В. Гюго, том 14, М., Госполитиздат, стр. 386). Вот и пришла идея российской интеллигенции и учёным, как разрядить общественную обстановку и начать освоение новых земель, которое осуществил Петр Столыпин.

Я лишь хочу рассказать, как мы, казахи-северяне, и наши близкие по времени предки-сибиряки своими глазами видели, как началось постепенное освоение новых казахских земель Российской империей. Думаю, их мысли вполне совпадают с мыслями В. Гюго. О том, что не удары «саблей» решают жизненно важные проблемы, а «великие сдвиги в области идей». Правда, эти земли не назывались казахскими. Их называли землями Степного края. Потому правителя этого края (Омска) называли генерал-губернатором Западно-Сибирского и Степного края.

Как уже мною было сказано выше и как вспоминали убелённые сединами мудрецы-казахи, недоразумений, конфликтов из-за дележа земли не было. Это была большая кампания. Во-первых, организованный вывоз переселенцев и их заселение. А насколько мы знаем из истории, многие из них погибали, не добравшись до места назначения! Надо было их встречать на новой земле, организовать временное жильё и т.д. Объективно к этому сложному процессу, конечно, были привлечены местные жители, так же, как Казахстан принимал во время Великой Отечественной войны эвакуированных и «организованных» кавказских, волжских переселенцев.

Были созданы специальные земельные приходы, которые в основном распределяли новые участки земли. Конечно, первые переселенцы прибывали из России в Запсибкрай в Омскую Сибирь. Земли здесь такие: на севере – тайга, которая к югу постепенно становится реже и переходит в лес, лесостепь и степь. Плодородные угодья располагались от Омска по правому берегу Иртыша до нынешнего г. Усть-Каменогорска (Оскемена), вернее, до самого седого Алтая. Следовательно, эта сторона с лесами, водоёмами, прекрасными чернозёмными (гумозными) землями была отдана переселенцам. Среди них было много русских – казаков, их казахи называли казак-орыс, были и из других этнических групп.

Следует отметить, что в этот период между ними и местными казахами вражды не было. В идеологическом плане всё это было хорошо продумано. Многие бедные казахи нанимались в работники, чего не было, например, в Младшем жузе, учились хлебопашеству, уборке сена. Во многих ауылах начали появляться огороды с картофелем, морковью, капустой. У некоторых уже были бочки с солёными огурцами и квашеной капустой. Всё это в начале XX века я видел сам и вместе с родителями участвовал в обработке этих овощей. Мой отец и его братья были работниками купцов – Владимира Грязнова и Андрея Березовского из Большого Атмаса. От родителей и от других я не слышал плохих отзывов о них. Самое интересное, первопроходцы все прекрасно говорили на казахском языке, даже с пословицами и поговорками. Казахи-старики этому удивлялись.

Их беседы оставляли приятные воспоминания. «Үлкендердің айтуы бойынша қазақ-орыстар (казаки) қазақша мәтелдеп, мақалдап, бір теңдеулерді келтіріп сөйлегенде құлақтың құрышын қандыратын. Осы арада М. Аджидың: қазақ-орыстардың бұрынғы түбі Қыпшақ (Половцы) болғанын дәлелдейді. Расында да олар осы жерге келе сала мәнерлеп сөйлеуді бұрын оның ұйқастығын білмесе, тез үйреніп сөйлеп кету қиын ғой».

Казахи дружили с русскими, украинцами, поляками и другими. Я помню, у каждой казахской семьи в русском селе или деревне был свой «тамыр» (кровный, или, дословно, кровеносный сосуд). Словом, тамыр – лучший друг до гроба. Они постоянно общались и ездили друг к другу чаевать. Конечно, не только чаевали, но обсуждали и другие проблемы бытовой жизни. Обо всём не расскажешь. Люди жили своей жизнью, знали, сколько корма надо для зимовки скота, сколько надо заготовить пшеницы, овощей для семьи и чем укрыться в суровую зимнюю непогоду.

Политикой и другими экономическими, идеологическими вопросами занимались бунтари. По моим понятиям, политика им была чужда. Не буду лукавить, среди очень пожилых людей я слышал: «Если у тебя есть русский друг, то на твоём поясе должен быть топор». Думаю, что это архаичный подход, возможно, сохранившийся ещё со времён Ермака. Но мы-то жили уже в другом веке и в другой социальной среде.

Приехавшие из российских глубин люди оказались деловыми: кто же тронется с насиженных мест, если не надеется на себя и на свои силы? Они рьяно взялись за дело. Начали строить жилые дома, обустраивать села, обзаводиться заимками. Веками нетронутые дубравы пошли на строительство новых хозяйств. Из памяти моего отца: первыми вдоль реки Иртыш появились сёла Алшайыр (Ачайр), Қасқыр (Елизаветинка), Шарлақ (Черлак), Атмасы (Большой и малый), Татарка, Үйіртіп (Урлютюб). Это до границы современного Казахстана. Я уже не говорю о деревнях и сёлах, появившихся в глубине правой стороны реки Иртыш. Их и сейчас не счесть. Эти сёла были богатыми, имели свои учредительные и исполнительные органы, частично структурно смешанные с системой управления казачьего атаманства.

Переселенцам из России нелегко было быстро обжиться на новой незнакомой земле в полутайге. Построить дом, обзавестись землёй и живностью – это требовало непосильного труда. Устанавливался жёсткий порядок, как в ведении хозяйства, так и в семье.

Надо было во всём экономить, рационально использовать время. Рано вставать и поздно ложиться, что и помогло многим переселенцам выжить и остаться за Уралом и стать настоящими сибиряками.

В одной из передач российского телевидения по каналу «365», посвящённой Петру Столыпину и его земельной реформе, показали проект скульптуры крестьян-переселенцев, которая будет установлена в одном из сибирских городов России. Инициатива историческая, отмечает трёхсотлетнюю эпоху освоения русскими крестьянами Сибири. В свою очередь, освоение началось именно с её западной части, столицей которой был Омск. Где, в каком городе должна быть эта скульптура? Конечно, в Омске.

В основном на названия вновь появившихся сёл и ауылов влияло кто и откуда приехал. Например, Одесса – по имени переселенцев, прибывших из Одесской области; Тавричанка – по имени переселенцев из Таврии; Азов – из Приазовья; Павлоградка – в память Павла I; Полтавка – из Полтавщины, Добровольское – добровольцы из Украины; Владимировка (Баянгөбен); Николаевка (Қарасиыр); Богдановка. Русская поляна – это наш район, который и сейчас есть, и он превратился в интернациональный регион. Сейчас здесь живут и казахи, и русские, и украинцы, и немцы, и поляки. В общем, полнейший интернационал. Ясно, все общаются на русском языке. Самое главное, понимают и уважают друг друга.

Село Шарлақ (Черлак) превратилось в крупную станицу, затем в рабочий посёлок. На протяжении XX века он был социально-бытовым и культурным центром в радиусе 500–600 км для казахов и всех переселенцев. Сюда приезжали из Кокчетавского и Павлодарского уездов.

Из маленькой станицы Шарлак, по-русски Черлак, расположенный на правом берегу р. Иртыш, превратился в крупный район. От этого района со временем отпочковались Русско-полянский, Дробышевский (Нововаршавский) районы. Этот районный центр сохранил своё историческое название: «шар» – по-казахски – тощий, «лақ» – козлёнок. Таким образом, Шарлақ (Черлак в русском произношении) означает «Тощий козлёнок».

Первые обосновавшиеся русские чиновники облагали казахов слишком большими налогами. Несмотря на эти незаконные поборы, местные терпели, но говорили: «Сколько ни корми козлёнка, всё равно останется тощим». Так в памяти народа сохранилось это название. По официальным документам мы все уроженцы Черлакского района (Шарлақ ауданы) Омской области. И гордимся этим. Каждому дорога его Родина. Да и историческое название. Конечно, если бы нашёлся художник, пожелавший запечатлеть историческое название станицы и поставить эмблему Черлака (Шарлақ) на въезде и выезде, мы бы возражать не стали.

***

Выше мы говорили о переселенцах, разместившихся в основном на правом берегу реки Иртыш. Благодаря обработке богатой земли, разведению крупного рогатого скота, они стали зажиточными. Их единоличное хозяйство экономически хорошо укреплялось.

Однако, начиная от Омска к юго-западу по левой стороне реки Иртыш, лесостепь кончалась. Начиналась степь, тянувшаяся до самого Кокчетавского уезда. Эти худосочные ровные поля без деревьев, без каких-либо природных удобств выделялись местному населению – казахам. Казахские ауылы со своими избами из дерна, плоскими крышами смотрелись не очень приглядно по сравнению с русскими переселенческими сёлами. Ни леса, ни деревьев, ни каких-либо природных преград от ветров и бури для защиты их изб. Рядом с ауылом не было даже пресноводных водоёмов. Ауылы местного населения состояли из не более 30 семей. Он (ауыл) всегда был на виду, возможно, чтобы знать, что происходит в их жизни. Не знаю, был ли в этом какой-то злой умысел. Сейчас гадать трудно.

В детстве всё это как-то бросалось в глаза. Когда с отцом и дядюшками ездили в русские (в те времена всех переселенцев называли русскими) деревни, видели дома под железными крышами, срубленные из больших брёвен: крестовые, 5-стенные с гостиными дворами и другими удобствами. На этом фоне жизнь и расположение казахских аулов выглядели очень удручающими. Однозначно, кочевой образ жизни не научил казахов строить капитальные дома. Они их раньше не видели. Летом жили в юртах, а на зиму, чтобы только перезимовать, строили избы из дерна. Выкапывали четырёхугольный пласт земли и накладывали друг на друга – поднимали стены. Пропускали одну матку, с поперечниками на неё накладывался камыш, а сверху засыпали землёй. Получался закрытый потолок. В дождь изба полностью промокала. Полиэтилена или других водонепроницаемых материалов в те времена не было, потому укрывались кожей. По-казахски она называлась «тулақ» – плотная кожа мелкого и крупнорогатого скота, очищенная от шерсти.

Время шло, менялся социально-экономический образ жизни. В 1929 году началась коллективизация разбросанных ауылов и деревень. Это мероприятие почти уравняло и ауылы, и русские деревни. У баев и богатых людей отбиралось всё, что считалось излишним. До начала Великой

Отечественной войны оставалось немного времени. Многие колхозы разбогатели. Например, Владимировка (колхоз «Память Ильича»), его ещё называли Бобринкой.

Более или менее зажиточным считался Қараозек (колхоз «Жаңа таң»). Его председателем долгое время был деловой человек Шарыкбай. По последним сведениям, дошедшим до нас, этому ауылу (к 2008 году) исполнилось 100 лет. Здесь, в 1934 и 1936 гг., проводился районный сабантой с казахскими традиционными народными играми и даже с соревнованием велосипедистов. Хотя  тогда их ещё было считанное количество.

Хорошо помню, на сабантое 1936 г. присутствовал сам Хаджимукан со своей семьёй и первый секретарь Черлакского райкома партии, товарищ Чемоданов. Сейчас это центр кооперативного хозяйства «Победа». «Екі ағаш» (колхоз им. 8-го Марта) тоже числился не на плохом счету. Здесь была единственная в Омской области казахская средняя школа, директором которой был Касым Нурмагамбетов. Говорили, что он из зажиточной семьи. Его забрали в армию, и он не вернулся. Вместо него директором недолго был выпускник Омского казахского педучилища Қыстабай-мұғалім, преподаватель казахского языка, последним эти должностные обязанности исполнял Шалабаев.

Сюда приезжали учиться не только из других ауылсоветов, но из других близлежащих районов. Здесь училось много детей, среди них было много молодых людей, вышедших из школьного возраста. Ясно, что «Екі ағаш» в те годы считался культурным центром региона. Надо отметить, что в довоенные и военные годы Советская власть уделяла большое внимание всеобщему образованию детей. В каждом небольшом ауыле в РСФСР была казахская начальная школа. Сейчас их, к сожалению, и в помине нет.

Время шло. Ну как здесь не вспомнить о появлении песни «Если завтра война, если завтра в поход…». Не слишком гласно, но началась подготовка молодёжи к труду и обороне. Для маленьких школьников это называлось БГТО («Будь готов к труду и обороне»), для взрослых – ГТО («Готов к труду и обороне»). Ещё готовили граждан на случаи химических атак, была такая аббревиатура ПВХО – «Противовоздушная химическая оборона». На каждый чих был готов значок с аббревиатурами БГТО, ГТО, ПВХО. Наверное, старшее поколение помнит значок МОПР – «Международная помощь пролетариям, борющимся в Испании с генералом Франко». А как девочки и мальчики щеголяли этими значками на груди!

В этот период появился велосипед. Какой же ты колхозник, если у тебя нет велосипеда? Для того, чтобы купить велосипед, колхозник должен был сдать государству 30 пудов хлеба. Конечно, не у каждого, но в каждом ауыле было 3–5 велосипедов. Они были у председателей ауылсоветов, колхозов, ударников звеньевого труда. Летом на них ездили, а зимой велосипеды вешали над кроватью на самое почётное место – түскигіза (полотно ручной работы с узорами, изделие народного искусства). Из развивающихся транспортных средств того времени остановимся на велосипедах, так как автомашин в деревнях и ауылах ещё не было.

Если вкратце, такова была повседневная жизнь омских сибиряков. Опять-таки, судить вам, была ли колонизация Западно-Сибирского края и северной части Казахстана?


Смотрите также:

Предложить новость

Спасибо за предложенную новость!

Надеемся на дальнейшее сотрудничество.