Топ-100 Политолог рассказал, почему Казахстан не ловит беглецов
  • 17 февраля, 01:33
  • Астана
  • Weather icon +1
  • 377,62
  • 426,03
  • 5,67

Политолог рассказал, почему Казахстан не ловит беглецов

Фото: bnews.kz

Казахстанская охота на беглецов за пределами страны чем-то напоминает казахстанскую борьбу с коррупцией внутри страны

Известный политолог Досым Сатпаев поделился своим мнением, почему Казахстан ищет за границей лишь некоторых беглецов. Zakon.kz приводит статью эксперта, подготовленную специально для портала, без редакции и правок.

Казахстанская охота на «беглецов» за пределами страны чем-то напоминает казахстанскую борьбу с коррупцией внутри страны. И здесь и там явно превалирует избирательный подход. На поиск одних, в лице того же М.Аблязова или Р.Алиева, бросают мощные юридические, силовые, информационные и финансовые ресурсы государства. А про других «беглецов» ни слуху, ни духу. Конечно, объективности ради следует сказать, что список Интерпола увеличивается. Для сравнения, год тому назад в этом списке был 31 гражданин Казахстана. Сейчас уже 56 человек. Но, как и наших чиновников, «беглецов» в этом списке, наверное, поделили на «группу А» и «группу Б». Первых ищут усерднее, чем вторых. Такая избирательность объясняется несколькими причинами, которые, кстати, дают ответ на вопрос: «Почему государство тратит сейчас столько усилий и средств на экстрадицию людей, которых, в свое время, так легко выпустило из Казахстана?».

Во-первых, многое зависит о того, что еще, кроме «чемодана» с деньгами, «бегун» успел унести. Для казахстанских властей гораздо хуже, если кто-то еще прихватил с собой компромат. Тот же М.Аблязов, Р.Алиев или В.Храпунов для Астаны были опасны именно этим. Кстати, первые двое этого не скрывали и активно использовали свой «Wikileaks» против казахстанской элиты, которая не пожалела времени, средств и ресурсов, чтобы нанести по ним ответный удар. Наша власть, наконец, поняла, что делать большой акцент надо не на политический фактор преследования, а на источник происхождения их капиталов. Тем более что борьба Запада с офшорными зонами и тайными банковскими счетами совпала с тактикой казахстанских структур.

Во-вторых, даже если ты украл только деньги, то это еще полбеды. Степень рвения в поиске зависит от того, у кого ты украл. Если у агашек, то искать будут долго и настойчиво. Если у страны, то и поиск будет какой-то вялый, как в случае с тем же бывшим директором Фонда обязательного медицинского страхования Талапкером Иманбаевым, который уезжая, судя по всему, все-таки поделился, и скрылся в США, где вроде бы даже получил политическое убежище. Кстати, можно согласиться с мнением о том, что отсутствие договоренностей со многими странами мира по поводу экстрадиции преступников играет на пользу тем представителям казахстанской политической и бизнес-элиты, которые завтра также могут стать «бегунами». Одним словом, как говорил криминальный авторитет Антибиотик в «Бандитском Петербурге», в этой стране воровать вагонами безопаснее, чем красть велосипед. Главное - надо уметь делиться. Ведь и наши битвы с коррупцией в основной своей массе идут по такому же правилу.

В-третьих, даже если «беглец» поделился и уехал, то ему не следует потом кусать руку, которая его когда-то кормила. Эту ошибку совершил Виктор Храпунов, которому  из-за родственных связей с М.Аблязовым пришлось выбрать одну из баррикад, что Астана уже не могла потерпеть и, «прозрев», вдруг заговорила о финансовых преступлениях его семьи. Судя по всему, те же братья Рыскалиевы это правило хорошо уяснили и сейчас сидят тихо. Поэтому и поиск их со стороны наших властей тоже какой-то тихий. В списке Интерпола они вроде есть, а какого-то сильного желания вернуть их в страну не чувствуется. Может, все ждут, когда еще больше ослабнут их покровители в Астане?

В-четвертых, некоторые «беглецы», как козыри в теневой игре элитных групп. Кто-то старается их держать подальше от Казахстана, опасаясь, что они знают слишком много. Другие группировки, наоборот, ждут момента, когда их можно вернуть в страну, чтобы полученную информацию использовать против первых. Это пищевая цепочка, где на ее вершине есть довольно ограниченное количество участников, которые «едят» всех остальных. Так поддерживается равновесие в элите. Меняется лишь система перераспределения ресурсов от проигравших к победителям. При этом коррупция, как была неким входным билетом в систему, так она и останется. Круговая порука является одним из ее стержней. Но она же и является уязвимым местом для самой элиты. Так как свои «скелеты в шкафу» есть у каждого. И если падает один из них, то тянет за собой всех остальных.

Досым Сатпаев, кандидат политических наук специально для ИА Zakon.kz

Предложить новость

Спасибо за предложенную новость!

Надеемся на дальнейшее сотрудничество.